"Он получил Анну на шею и вслед за тем взял отпуск, чтобы блеснуть этим знаком отличия на родине, но простудился и слег в постелю. Доктор департамента Спасский, лечивший его, заехал к нему от раненого и умирающего Пушкина. Сваррацкому было плохо. Он приподнялся на постели, схватил руку доктора и произнес, бросая грустный взгляд на Анну, лежавшую на столике у его постели:
- Скажите мне, есть ли какая-нибудь надежда, доктор? Могу ли я выздороветь?
- Никакой, - отвечал Спасский, - да что ж такое? все мы умрем, батюшка. Вон и Пушкин умирает... Слышите ли, Пушкин?! Так уж нам с вами можно умереть.
Сваррацкий со стоном опустил голову на подушку и умер в один день и почти в один час с Пушкиным.
Спасский по этому случаю заметил:
- Вишь, счастливец! Умереть в один час с таким человеком, как Пушкин. Это не всякому удастся."
(Панаев И.И. Литературные воспоминания. М.: Правда, 1988. С. 82.)
- Скажите мне, есть ли какая-нибудь надежда, доктор? Могу ли я выздороветь?
- Никакой, - отвечал Спасский, - да что ж такое? все мы умрем, батюшка. Вон и Пушкин умирает... Слышите ли, Пушкин?! Так уж нам с вами можно умереть.
Сваррацкий со стоном опустил голову на подушку и умер в один день и почти в один час с Пушкиным.
Спасский по этому случаю заметил:
- Вишь, счастливец! Умереть в один час с таким человеком, как Пушкин. Это не всякому удастся."
(Панаев И.И. Литературные воспоминания. М.: Правда, 1988. С. 82.)